Русский панк

Куплет 1 Шестнадцать тонн бумаг и забот. Ты грузишь вагон, а кто-то ждёт, А кто-то ждёт, что ты упадёшь. Смогу, говоришь, и опять встаешь… Припев Шестнадцать тонн — и ты не свой. Ты продал душу эСНТэ с головой. Придёт Святой Пётр — ты скажешь: «Постой, Забыл протокол подписать, там лист пустой». Куплет 2 Шестнадцать тонн, не платит сосед, В чате параноик, бешеный дед. А ты Устав корёжишь в пятый раз, И кто-то вдруг шепнул: «Эй, а который час?» Припев Шестнадцать тонн — и ты не свой. Ты продал душу эСНТэ с головой. Придёт Святой Пётр — ты скажешь: «Постой, Там фонарь не горит, пугаем народ темнотой». Куплет 3 (семейный) Жена сказала: «Милый, ты спятил совсем». Дочь смотрит мимо — я стал чужой всем. Но свет погас, и трубы старые рвёт — Кто на подхвате?! Тот, кто везёт. Припев Шестнадцать тонн — и ты не свой. Ты продал душу эСНТэ с головой. Придёт Святой Пётр — ты скажешь: «Постой, Налог же надо, а счёт пустой». Бридж (речитатив под орган, без ложек) Кто-то уходит на первой зиме. Кого-то ломают на первом суде. А я? Я умный дурак, который остался... Потому что если не я… (пауза) то кто? Никто. Куплет 4 (последний) Когда-нибудь я брошу всё на стол, Скажу: «Ну, всё, ребята, закончил и зол». Но прибежите снова! Ведь в вас — пустота, Свобода — это труд, а не простота. Финальный припев (на одном дыхании, громче, но без крика) Шестнадцать тонн — а идея в груди, Скажешь Петру: «Пропусти, погоди. Я жив ещё, меня не сдали в утиль». Шестнадцать тонн — это крест и костыль. (Тишина. Один удар ложки. Пауза. Голос — усмешка сквозь усталость.) Шестнадцать… (вздох) семнадцатая пошла.